БГ 20.07.2017

Позвольте мне прервать ваши вечные споры,
Позвольте расшатать скрепы и оковы.
Время беспощадно, оно как волчица-
Вот мы сидим здесь, а оно мчится...

Ох бы, жить моей душе на горе с Богами,
А ей играют в футбол сапогами,
Лезут, как хотят, куда ж она денется,
А душа как шахид- возьмёт и наебенится.

Как мы здесь живём — великая тайна.
Все кричат: "вира", а выходит "майна".
Бился лбом в бетон, думал, всё изменится,
Бог с ним... время наебениться.

Время умирать и время рождаться,
Время обнимать и время уклоняться,
Время бить челом и время ерепениться
И вот оно- время наебениться.

Я просил у ангела за меня вступиться,
Я смотрел в небо и видел в нём лица,
Я вышел к реке, высохший от жажды
И вот я стою, но не могу войти дважды.

Лучше будет жить с бородою по пояс,
Не лезть в огонь и жить не беспокоясь,
Тело моё- клеть, душа- пленница,
Хватит, поджигай, время наебениться!

©БГ сегодня

то, что мне понравилось

Вы спросите меня:"Был хоть раз ты в бою?"
Я отвечу - ни разу, хоть и был я в строю.
Отчего же так часто я слышу в себе
Грохот боя, разрывы и танки в огне?

Я не мог это видеть, я родился потом.
Это видели деды, враг разрушил их дом.
Почему та война для меня до сих пор
Жжёт мне сердце больнее, чем яркий костёр?

Открываю я деда Военный билет,
И тогда понимаю, откуда ответ.
На меня ты глядишь, улыбнусь я тебе.
Ты немного другой, чем я вижу во сне.

Я слегка пролистну только пару страниц,
Подержу ордена - слёзы капают вниз..
Отломал две Войны, как обратно пришёл?
А со срочной, есть запись одна - Халхин-гол.

Финнов и немцев, японцев ты бил,
Мог бы нам рассказать, но молчанье хранил.
Дед второй, по отцу(едва помню его)-
Мне отец говорил - не сказал ничего.

Дед прошёл две Войны, да подростком на год
На Гражданскую, красные брали на фронт.
Он попал в окруженье, пробивался к своим,
Его сам Рокоссовский в мемуарах хвалил.

Они молча ушли, не сказав ничего.
Только дед усмехался смотря на кино.
Там в кино были битвы, бои без прикрас,
Почему своим внукам не поведал рассказ?

Я спросил как то деда: "Было так на войне?"
Он опять улыбнулся: "Тут покажут тебе!"
На вопросы мои он не стал отвечать,
Только грустно вздохнул, продолжая молчать...

Сколько вы пережили, что на сердце-печать
Ради радости внуков, заставляет молчать?..

Эти люди, солдаты, в кровавой войне
Весь тот ужас, всю боль, растворили в себе.
Говорит только тот, кто не видел вблизи,
Тот, кто видел, молчит - кровь застыла в груди..

Наши деды, родные, земной вам поклон!
Вы для нас воевали, и без вас мы никто.
Вы нас всех защитили - врагу не пройти!
Вас вернулось немного - лишь один к десяти..

Вы безмолвно ушли, наше время идёт,
Враг Историю пишет,- там всё наоборот.
И порой прочитаешь бесстыжую ложь
Ты бы дед усмехнулся: "Ну, что с них возьмёшь!"

Но обида за вас закипает в груди..
Если раз промолчал, что нас ждёт впереди?
Враг силён, беспощаден, и денег не жаль
Хочет грязью облить он Победы медаль.

Вы ушли - он остался. Теперь следует нам,
Вашим внукам, достойно отпор дать врагам!
Нужно память о дедах в себе сохранить.
Как бы не было трудно. Нашим детям - продлить.

Оба деда вернулись, дали жизни всем нам,
Ну, а как жизнь продлить, павшим тем пацанам?
Кто с бутылкой под танк, несгибаясь, бежал,
Или телом худым пулемёт накрывал?

Для кого, для чего, была отдана жизнь?
Многим было семнадцать, чтобы им не пожить?!
Но не думали парни о жизни своей,
Им важнее чтоб, рота прошла без потерь.

Когда батька убит, и расстреляна мать,
Он не станет о громких словах вспоминать.
Потому ты нам дед ничего не сказал,
Что ты помнишь, как он на руках остывал...

Даже сердце солдата, хоть не сразу, поверь
Постепенно грубеет с вида страшных потерь.
Но никто, никогда, до конца своих дней
Не простит им расстрелянных жён и детей!

Не расскажешь ты нам, как стучит пулемёт,
И из роты врага ни один не уйдёт...
Были звери они, даже больше того,
Но от вражьих потерь на душе - ничего...

Лишь поэтому дед, ты тогда промолчал,
Не хотел ликом Смерти нам жизнь омрачать.
Всё оставил в себе. Ты за то воевал,
Чтоб потомки не видели Смерти оскал!


Часть 2.

Отчего эти мысли о страшной войне?
Видно кровная память всплывает во мне..

И я чувствую дедовы руки в себе,
Его пульс, его думы, что видел во сне.
Как в прицел видел чёрную каску врага,
Как нажал на курок, как в атаку бежал.

Ты - мой дед, ты - мой предок, и я - часть тебя,
Ты живёшь в моём сердце, ты - защита моя!
Как отец даёт сыну всю силу и плоть,
Так и деды дают нам духовную мощь!

Потому эту связь важно так сохранить,
И любовью питать ту волшебную нить,
Что совьёшь эту нить ты себе на века,
И в душе будешь жить у потомков всегда!

Я всё думал про деда, и вот, как то во сне,
Ни с того ни с сего, он явился ко мне.
Он сидел на лужайке в зелёном лесу,
Солнце сверху светило, как я рад был ему!

Я сказал ему: "Здравствуй! Откуда ты дед?"
Он слегка улыбнулся: " Да я же в тебе!
Ты всё думал о том, и меня вспоминал,
Как там было на фронте, как я воевал."

-"Вот билет твой Военный, я как-то листал.
Ведь ты был разведчик, а нам не сказал?!"
-"Да, я был в разведке, почти всю войну..
Что ты хочешь услышать, зачем, не пойму?"

-"Да хотел я узнать, как ты дед воевал,
Ходил часто к немцам, как в плен не попал?"
На это ответил мне дед прямо в лоб:
-"Разведчика в плен там никто не берёт!

Не брали нас немцы, а твой автомат
Лишь нужен на это - смотри-ка сюда:
Рукой он на сердце своё показал,
И пальцем слегка на курок принажал...

Он снова серьёзно в глаза посмотрел:
"Не думай об этом, не надо тебе..."

Он стал тут прощаться: "Ну что, мне пора,
Я свиделся с вами, я рад за тебя!"
Я горько заплакал, проснулся и, вдруг,
Ещё деда запах витал тут вокруг...


Часть 3.

В сентябре, в 41-вом, разбит был наш полк.
Немец бомб не жалел, за налётом налёт..
Там, где в наших краях ты грибы собирал,
Даже лес весь был скошен, горела земля.

Немец рвал всё живое, на пути в Ленинград.
Сотни тысяч погибли, под травою лежат..
Помнишь там ту чернику, словно как виноград?
Сколько взгляда хватало, всё гроздья висят.

Это павшие наши, те, что в землю легли.
Это души, как слёзы, проросли из земли..
Удивлялись все люди долго после войны,
Отчего столько ягод, все поля зацвели?

Как сказать этим людям, и поймут ли они -
Это наши солдаты, шлют привет из земли.
Ты сорвёшь много ягод и поклон каждый раз
Ради Памяти павших, нагибаясь, отдашь!

И они улыбнутся, глядя вверх, как ты рад,
Ради этих детей враг не взял Ленинград!

Враг бомбил и бомбил, много суток подряд,
Даже небо горело, поднималась земля!
Немцы тщетно пытались захватить наш плацдарм
Но, "Ни шагу назад!", дал приказ командарм.

Сейчас многие скажут, насмотревшись кино,
Слишком жёсткий приказ, да не всё ли равно?
Просто время настало перестать отступать,
В кулак Волю собрать и начать побеждать!

Кто-то скажет, глумясь,- удобренье теперь!
Но ты людям бездушным, подонкам, не верь!
Да, их тело погибло, но Душа - она в нас!
Потому я веду этот грустный рассказ.

Люди павшие наши, вы не в Землю легли
Вы нам Волю отдали, растворились в Крови!
Этот Дух, эта Воля, пропитавшая всех
Как Священным мечом принесла нам успех!

Наши Воли собрались, вот и враг был разбит.
Зло напрасно старалось, нас нельзя победить!
Потому вам потомки говорю эту речь,
Чтобы сильными быть, - надо Память беречь!

Может скажет мне кто, что же сердце нам рвать,
Если люди тех лет продолжали молчать?
Чтобы Дух у народа не заплесневел сам,
Надо сердце не нежить, надо рвать по частям!

Потому тыщи лет враг не мог нас согнуть,
Русский Дух каждый раз преграждал ему путь!
Это Кровь наша, Память и наша Любовь
Не могли нас сломить, не сломают и вновь!


Часть 4.

Я на срочной два года в Германии был.
Не сказал бы, что русских там кто-то любил.
Старики их смотрели с виной нам в глаза,
Молодые же злобой пылали всегда.

А однажды, с поста не вернулся солдат.
Его тело нашли, но пропал автомат..
Голова же его, под осенней листвой,
Была найдена позже, - пинали толпой...

Таких много историй могу рассказать,
Как нацисты-подростки, губили солдат.
Видно, дедов позор отравлял им нутро,
Нападали, глумясь, десять на одного...

Было мирное время, но по многим частям
Отсылали Груз Двести в Союз матерям...

Вспоминаю, порой, я о тех стариках,
Что свой взгляд отводили с виною в глазах.
Сколько раз приходили за тысячу лет,
Вы с глубокой мечтой истребить нас на нет!

Сколько горя несли, вы, себе и всем нам,
Сколько Русский Народ вам давал по мозгам!
Неужели за сотни, за тысячи лет
Старики не могли сделать внукам Завет?!!

Неужели твой дед и тебе промолчал,
Или счастья не хочет для ваших внучат?
Вам нельзя воевать и идти к нам на Русь,
Поражения предков научат вас пусть!!!

Эпилог.

Тот, который не стрелял..

Как сейчас его помню, с весёлым лицом,
Сюда вместе летели, одним же бортом.
Ты стоял на посту, был в руках автомат-
Иль не мог ты стрелять в безоружных ребят?

Может кто-то сказать, "Он нарушил Устав,
Мог стрелять в них, была б голова на плечах"
Если б знал он о том, что курок не нажав,
Голова его будет валяться в кустах...

Командир наш на месте на том побывал,
Перед строем об этом нам всем рассказал..
Он зубами скрипел и кривилось лицо,
Мы без слёз не могли посмотреть на него..

"...Я глядел полицейскому прямо в глаза.
Я мог взглядом убить, и он понял меня...
Он сказал нам по-русски, подняв, вдруг, глаза:
"Ну, не все мы такие, поймите меня!-

Мой отец был на фронте, в плену был у вас,
О русской душе он поведал рассказ..
Как ваша старуха, семью потеряв,
Кормила ободранных, пленных солдат..

Какой же душой могла мать обладать,
Что б пленному немцу ещё сострадать?!.

Глядели нам женщины часто в глаза,
От взглядов таких проступала слеза.
Была там не ненависть лютая к нам,
А жалостью взгляд их нас бил по щекам.

Когда мать врага тебя может простить,
Запомните все - их нельзя победить!
Какой же душой ваш наполнен народ,
К врагу состраданье из сердца идёт?..

Простите меня, я вам правду сказал,
Отец вас любил, да и нам завещал..
Но видно, что кто-то тут дёргает нить,
Пытаясь опять два народа стравить!" "